Топ Новое

Месть истории - о «коллаборационизме» России и памятнике Нжде (Окончание)

14-02-2018, 09:00 Просмотров: Аналитика
14 февраля 2018, 09:00 - NovostiNK
Начало

Месть истории - о «коллаборационизме» России и памятнике Нжде (Окончание)

Первые шесть месяцев Советская Армения стала местом спасения беженцев, теперь уже от армянского ревкома. Ибо первым делом последних была чистка оставшегося куска страны от «контрреволюционеров», т.е. людей, старающихся защищать свои небольшие пожитки. Уехал Гарегин Нжде уже после заключения договора, после того, как турки махнули рукой на Зангезур и вывели свою армию из Армении. Ну давайте, давайте предадим остракизму этого человека, на руках которого, как Вы бездоказательно пишете, «кровь тысяч убитых наших дедов и прадедов!». А как же жизни многих тысяч спасенных мирных жителей и небольшой, но очень важный кусок Армении, отделяющий Турцию от Азербайджана?

О, Гарегин Нжде очень большая сволочь. Он удачно сопротивлялся победной красной армии, чего не удалось даже Врангелю, Деникину. Сопротивлялся кемалистской армии. Стыд и позор также армянскому дашнакскому правительству. Те имели больше возможностей, но оставили Карс, сбежали. Отдали на заклание партнеров Советской России туркам. Гарегин Нжде отстоял Зангезур, полный турок. Он - стыд и позор советской дипломатии, склонившей армян к позорному договору 10 августа 1920 г. о якобы нейтралитете Зангезура, но по сути - коридора для поставки оружия туркам против Армении.

Конечно, Гарегин Нжде враг. Враг всем, кому есть что скрывать от своего позорного прошлого. И весь Зангезур враг. Вы, уважаемая Козлова Людмила Вячеславовна, конечно, не знаете, как дорого обошелся советский террор нерезаным турками и Красной армией армянам Зангезура. Какое количество людей было репрессировано? Нет, конечно, не знаете также о том, что сразу после захвата маленькой части Армении Красной армией, сначала в советизированной Армении, затем в СССР начались преследования спасенных жертв Геноцида армян. Жестокие преследования. Это неписаная и пока неизвестная история.

Понятно, что огромные человеческие жертвы и даже такое страшное преступление, как Геноцид, ничего не значат в сравнении с масштабной идеологией «спасения всех угнетенных». Даже через угнетение угнетенных. Наверное, именно поэтому самые масштабные «спасения» превращаются в свои антиподы. Тогда, в 20-х годах, конкретно в Советской Армении люди видели, что «подвергаются унижению и преследованию ветераны борьбы с геноцидом, оскверняются могилы тех, кто положил свою жизнь в борьбе с геноцидом, уничтожаются те, кто просто спасал свои семьи от физического насилия, и даже те, кто в этой жестокой борьбе остался жив». Нет, это не цитата, это просто перекройка моего обобщения наших реалий советских 20-ых годов под лад Вашего «резюме» современности.

Итак, советский период. Тема «советизации» Армении - одна из самых широких и популярных тем социальной, политической, научной риторики советского периода. Она была хорошо подготовлена, отшлифована, красиво подана. Армянские массы, угнетенные буржуазными дашнаками, восстали, совершили революцию и попросили помощь братской Советской России. Красная армия вошла на территорию Армению по просьбе армянского ревкома и помогла осчастливленным массам освободиться от армянских поработителей. Сволочи дашнаки либо сбежали (в начале марта из Армении уехало примерно 10 тысяч «армянских белоэмигрантов, но это тоже неписаная история»), либо были арестованы, а часть их лицемерно попряталась в разных социальных уголках, и от них долго «освобождались» в долгие годы репрессий.

Однако «долгие годы репрессий» практически до сих пор изучены только урывками, а на уровне академических изданий в принципе продолжается риторика «культа личности».

Но оставим тему советизации Армении, уважаемая Козлова Людмила Вячеславовна, вернемся к закрытой в советской науке и общественности теме геноцида, если Вы не возражаете, что геноцид - преступление не меньше нацизма, и по крайней мере, в советском пространстве, так удачно победившем нацизм и фашизм, он должен был стать одним из легитимных и важных тем политических, социальных и научных реалий. Может быть, здесь зарыта тайна настоящего и/или мнимого «коллаборационизма»? В том числе - государственного коллаборационизма. Ведь братание с совершившим и оставшимся безнаказанным государством тоже своего рода коллаборационизм. Нет?

Как не странно, сама тема и даже упоминание об армянской резне до 1965г. в СССР, в самом гуманном социуме, были закрыты не только в политических, научных, публицистических обсуждениях, но также в устной риторике и «устной памяти». Эта тема отсутствует и в художественной литературе, а в период Большого террора небольшое количество опубликованных до этого трудов, в которых так или иначе затрагивалась память Геноцида, была запрещена и изъята из оборота. В Советской Армении даже не смели говорить об этом. «Даже не смели говорить» – это не образное выражение, а вполне определенный запрет. Говорить, вспоминать, напоминать о Геноциде армян было запрещено, по меньшей мере, до 1965 г., несмотря на то, что Турция стала членом НАТО еще в 1953г.

Упоминание о Геноциде считалось националистическим актом, расизмом по отношению к туркам и политическим диссидентством. В статье под заголовком «Дашнакский подонок», напечатанной 31 декабря 1936 г. в издававшейся в Советской Армении газете «Гракан терт» («Литературная газета») острой критике подвергся переживший все ужасы Геноцида западно-армянский писатель родом из Харберда В. Тотовенц: в его изданной в 1933 г. автобиографической книге «Жизнь на старой римской дороге» нашлись некоторые воспоминания о том, что произошло с его семьей во время Геноцида. Книга, конечно, была изъята из продажи, библиотек и даже из частных библиотек (человек, хранивший дома эту книгу, мог быть обвинен в «контрреволюционности», «антисоветизме»), а автор был арестован в августе 1936 г. В статье газеты «Гракан терт» от 31 декабря 1936 г. кроткий, романтичный В. Тотовенц назван «правым троцкистом», «членом террористической группировки», «националистом», «шовинистом», «расистом», «фашистом». «Зоологический национализм» «разоблаченного троцкиста-националиста, контрреволюционера»..., «литературного халтурщика» Ваана Тотовенца проявился в «литературном выкидыше» «Жизнь на старой римской дороге», где он «искажает реальные классовые отношения прошлого..., описывая межнациональные взаимоотношения с позиций ярого националиста, для которого не существует классовой борьбы, армянских и турецких трудящихся, а есть только армяне и турки». Резня армян здесь представлена словосочетанием «межнациональные взаимоотношения», формулировкой «классовая борьба», причем те, кто осуществляли резню – турки – причислены к представителям угнетенного класса, который в рамках классовой борьбы уничтожает угнетающих его армянских помещиков.

Это ли не переписание истории? Конечно, нет никакого намека на решения турецких властей о депортации и резне армян, о вовлеченности армии и жандармерии в армянских погромах, а также о том, почему и каким образом в Османской империи все армянское население было угнетающим, а турки - угнетенным классом, и почему этот угнетенный класс уничтожал всех, а не только «угнетающих» армян, в том числе и армянских детей.

В Западной Армении, граничащей с Советской Арменией – на востоке Турции – продолжались курдские восстания, и уцелевших на этих территориях, перешедших на Кавказ армян в СССР подозревали также в сотрудничестве с курдами. По подозрению в этом сотрудничестве в 1936-1937 гг. многие армяне и курды были депортированы из Закавказья. Проблема осложнялась тем, что у западно-армянских беженцев из Турции еще сохранялась надежда вернуться на родину или, по меньшей мере, память и тоска по ней. В СССР делалось все для отрицания представления о родине у этих людей. Например, в 1920-х гг. армян, переселившихся из Турции в СССР с 1925г., называли «репатриантами», т. е. вернувшимися на родину, хотя они бежали, или , в лучшем случае, переселились со своей родины – как этнической, так и гражданской. Проблема представлялась так, будто эти люди вернулись на родину. Политическим нажимом трансформировалось социальное восприятие родины. Тоскующих по родине армян обвиняли в «советском и российском предательстве».

В газете «Гракан терт», в номере от 10 марта 1937 г. была напечатана статья под заглавием «Приемный сын националистов-подонков». В ней один из спасшихся от Геноцида армянских писателей – Р. Кочар – критиковал другого спасшегося молодого поэта – Х. Даштенца – за его опубликованный в 1936 г. сборник стихов «Пламя». Определение «националисты-подонки» относилось к писателям Е. Чаренцу, А. Бакунцу, Г. Маари, В. Алазану и В. Норенцу. Четверо из них – Е. Чаренц, Г. Маари, В. Алазан и В. Норенц – также были из числа потерявших родину и уцелевших во время Геноцида писателей. Именно их «приемным сыном» и являлся, по мнению автора статьи, Х. Даштенц, чей сборник стихов – «троцкистско-националистический литературный выкидыш». «В сборнике доходит до наглости контрреволюционное, бакунцевское отрицательное отношение к северной (русской – Г. Х.) культуре, для противопоставления которой он на той же странице восхваляет Арагац и Арарат, тени которых являются флагом для младонационалиста». Главной виной молодого писателя было упоминание горы Арарат, оставшейся на территории Турции. Если человек упоминает о связи с потерянной родиной, значит, он претендует на эту родину (политическим обвинением было то, что человек считает родину потерянной, это рассматривалось как непризнание СССР своей родиной). В то же время, если человек претендует на родину или тоскует по ее ценностям, это считалось отрицанием «северной» – русской – культуры (двойное политическое обвинение).

Подобных примеров можно привести множество. Подвергшиеся обвинениям все перечисленные писатели, конечно, были арестованы НКВД, многие расстреляны, другие – осуждены на десять-двадцать лет в ГУЛАГ-ах.

1. Замалчивание совсем еще недавних ужасных событий продолжалось также другими средствами. Например, в советских энциклопедиях, в том числе в трех изданиях БСЭ (1926-1947; 1949-1958; 1969-1978) и в энциклопедии Советской Армении о выдающихся армянах из числа спасшихся от Геноцида писалось – родился в таком-то году, в таком-то городе (селе) Турции, «переехал в Армению». О причине «переезда», то есть, о Геноциде и вынужденном бегстве, ни слова. Такая же картина в энциклопедиях Советской Армении или в других справочниках. Так, писатель Ваграм Алазан, согласно изданной в 1974 г. Армянской Советской энциклопедии, родился в городе Ване (страна не указывается) в 1903 г. и в 1914 г. эмигрировал в Ереван, попал в приют для сирот (т. 1, с. 134). Почему 11-летний ребенок эмигрировал, почему попал в сиротский приют – об этом ни слова. Кстати, даже в многочисленных следственных делах репрессированных писателей и вообще западных армян чекисты обычно писали «родился в Турции в таком-то году, местожительство – АрмССР», город или село. Порядок не менялся даже в том случае, если против подследственного выдвигалось какое-то «турецкое» обвинение, например: «Антаносян Пилос Хачатурович, год рождения – 1892, место рождения: с. Алиджакрак, Басенский р-н, Эрзрумский вилайет, Турция, место жительство: г. Горис, ул. Маркса 18, АрмССР, армянин, дата ареста: 23.10.1937, категория учета - «будучи в Турции, участвовал в армяно-турецкой резне…» [НАА.Ф. 1191, Оп. 8, Д. 1664, 1665]. Что значит для родившегося в 1892 г. в Турции «будучи в Турции, участвовать в армяно-турецкой резне», как будто он откуда-то поехал в Турцию, чтобы участвовать в какой-то мифической «армяно-турецкой резне», неизвестно, когда и где случившейся.

Любой не знающий контекста человек, конечно, подумает, что он, будучи армянином, резал турок, раз грубый, неприкрытый, чудовищный по форме и содержанию Геноцид армян, организованный младотурками с участием регулярной армии, жандармерии и административных лиц, сформулирован просто как «армяно-турецкая резня». Формулировка «армяно-турецкая резня», конечно же, большевистская политическая ложь, еще большая ложь - «участие» в несуществующей «армяно-турецкой резне». Советский Главлит и советский административно-чекистский язык на советском пространстве вытеснили словообороты «армянские погромы», «армянская резня», и собственно, тему Геноцида армян.

2. Однако вытеснение из официальной – политической, юридической, административной и художественно-публицистической риторики и социальной памяти армян в СССР, в том числе в Советской Армении темы резни армян и даже политизация просачивания в социум этой памяти до уровня преступления не удовлетворяла власти. Задача была поставлена шире – запретить память до уровня переживших трагедию и выживших индивидуумов и семей. Забыть «личный случай», «семейный случай», свидетелем которого оказался конкретный член или члены семьи, «случай/факт с родственниками, с односельчанами». Запретить помнить, конечно, задача посложнее, но запретить говорить, передавать личную/семейную память и следить за ее социальным распространением оказалось разрешимой задачей. Чекистская агентурная сеть зорко следила и доносила, в какой день, в какой семье, кто именно и кому слезно рассказывал о мученическом убийстве своих родителей (детей, сестер, других родных, односельчан…), кто из его родных остался «в стране» (армянские беженцы из Западной Армении под словом «страна-«էրգիր»» подразумевали исключительно покинутую родину – Западную Армению) в плену у курдов или турок, или бесследно исчез, кто и как «в стране» боролся за жизнь армян или даже за собственную жизнь и честь своих родных, или, не дай Бог, забыв об опасности, исходившей от чекистов, пел грустную песню о тоске по родине или песню о героических защитниках-фидаинах. Таких людей следственные органы «привлекали» и наказывали. Даже эмоциональное упоминание о родине-«стране» считалось «дашнакизмом»-симпатией, если не членством в запрещенной националистической партии «Дашнакцутюн».

В 1934 г. на уровне ЦК обсуждался вопрос о запрете «дашнакских» народных песен «Ласточка» и «Журавль» [НАА.Ф. 1191.Оп. 4.Д. 101. Л.2 об.], «подозреваемых» большевиками в выражении тоски армян по Западной Армении – части родины. В песне «Ласточка» поющий просит ласточку «направить свой полет в край родимый», а «Крунк» («Журавль») символизирует героя, мечтающего поскорее вернуться домой и свить гнездо на родной земле. Самая известная и любимая в Армении песня о журавле - «Канче крунк» («Зов журавля») в обработке армянского композитора Комитаса. В этой песне нет заветной мечты о возвращении домой, а звучит тоскливый вопрос-просьба: «Крунк, из стран родных нет ли (у тебя) вестей?». Подозреваемых в «тоске к родине» обычно наказывали ссылками, в 1937-38 гг. – также расстрелом. Люди перестали говорить. Спустя десятилетия Погос Григорян будет писать о беженцах из области Сасун Западной Армении, живущих в селе Ахагчи в Талине: «... в жестокие годы большевистского режима жили в страхе и ужасе, закрыв рты на замок, стали молчаливыми, спали в хлеву, делились своими страданиями, заботами и болью больше со скотом, тягловыми быками, чем с членами семьи и соседями» [Григорян П., Сражающийся Сасун, непобежденный Шеник, Ереван, 212, с 44 (на арм.яз.)].

С конца 20-х годов развернулась настоящая охота за простыми людьми, крестьянами, которые так или иначе уличались в «памяти о родине» по отношению к Западной Армении. Особеннօ выискивались выжившие участники самообороны армян. До сих пор потомки этих несчастных рассказывают, что в 1927-28 гг. чекисты не покидали поселения, в которых проживали турко-армяне - западно-армянские беженцы: «...всех западных армян, всех мужчин, которые сражались против турок, считали дашнаками, в первую очередь, фидаинов. В советские годы, например, западные армяне не имели права говорить, откуда они пришли [то есть, не имели права говорить, что они родом из Западной Армении и что бежали оттуда в годы Геноцида]; тех, кто говорил об этом, ссылали за то, что они, якобы, были дашнаками, и все дашнаки были названы коротко – «контра». Советский Союз считал их опасными... Даже в наших домах были запрещены наши песни, нельзя было петь, некоторые шли и доносили, и за это людей отправляли в ссылку».

Выжившие организаторы самообороны армян, подвергшихся в 1915-16 гг. резне на территории Западной Армении, находились под прицелом в первую очередь у ЧК, затем – у ГПУ, НКВД. Судя по архивным материалам, за ними тайно следили, по меньшей мере, с 1924 г. Не поленитесь, пожалуйста, прочтите мемуары людей о тех годах: Сукиас Закарян из села Айкаван в Шираке рассказывает: «... в нашем селе все турецкие армяне..., по меньшей мере, двадцать – двадцать пять домов были сосланы. Потом высылали целыми улицами, целыми семьями, а потом стали людей арестовывать по-отдельности... Про одного оформили так, будто бы он говорил нехорошо про колхоз. Это была ложь. Никто не знал, что сделал этот человек... Что он сделал? Оттуда [из Западной Армении] переехал сюда, спасаясь бегством, пришли, схватили, увезли. Что здесь сделал этот человек? Что сделал он Советскому Союзу? Он как следует и не успел увидеть Советский Союз, только что оказался в Советском Союзе...». Жители села Еразгаворс Ширакской области – турецкие армяне, уцелевшие во время Геноцида и обосновавшиеся в Советской Армении. Еразгаворс – село, расположенное на границе с Турцией. «Из нашего села в те годы[в годы сталинского террора] пострадали около шестидесяти семей... трех братьев моего отца – Арама, Гарегина и Алексана арестовали в 1937 г.... Скольких людей из нашего села увели и уничтожили... Просто убили, тела погрузили в грузовик, увезли и бросили в яму на границе. Место захоронения – граница, оно было закрыто, невозможно было увидеть. Потом яму залили бетоном, выровняли, следы стерли с лица земли...».

3. В советской стране с закрытыми границами и закрытой информацией армяне не знали, остался ли кто-нибудь из их соотечественников в Турции, кто живет на их покинутой родине, что произошло с их соотечественниками, которые были насильно увезены, взяты в плен, в заложники или спрятались в горах? Частично об этом знали секретные службы СССР, и, как выясняется сейчас, посольство СССР в Турции в своих периодически посылаемых докладах иногда касалось и положения армян. Но это была «строго секретная» информация, до такой степени секретная, что была секретной даже для партийных властей Армении. Мы, советские армяне, практически только за последние 10-15 лет начинаем узнавать о том, что там, за кордоном, в провинциях остались армяне, что часть их (какая часть?) исламизирована (тюркизирована, арабизирована, курдизирована), стали узнавать об их скитаниях, адаптации к новым формам отверженности, о дерсимских погромах 1937-38гг., по форме и методам повторяющих армянскую резню, о резне дерсимских армян в те же годы, в частности, ровно также о процессах тюркизации в Турции 20-го века других народов. Узнали, например, о ссылке примерно 30.000 армян в 1929 г. из Харберда, Диарбекира и Мардина в Алеппо, о чем американский консул сообщал своему правительству: «такое впечатление, что турки решили любой ценой освободиться от всего христианского населения в провинции. Добравшиеся до Алеппо очень больны и истощены, рассказывают, что оставшихся в стране армян преследуют, арестовывают, ссылка считается удачей» [Christopher Walker, Armenia: The Survival of a Nation, Published by St. Martin's Press, London, 1980, с.15; Dr. Tessa Hofmann, Armenians in Turkey Today, A Critical Assessment of the Situation of the Armenian Minority in the Turkish Republic (second edition), Uppsala, 2003, стр.15URL: http://www.armenian.ch/gsa/Docs/faae02.pdf (дата обращения: 07.12.2017).; Мысырлян З. Обязательная миграция армян из внутренних провинций Турции (1929-1930) // До и после Геноцида армян, Антилиас, 2011, стр. 18 (на арм.яз.)]. В дружественной Турции чудовищные преследования продолжались, но советским армянам, в сущности, всем советским гражданам было «не велено знать» об этом.

Примечательно, что руководство страны, наказывающей за упоминание о резне армян, даже за произнесение словосочетания «Западная Армения», периодически, в нужное для себя время и в нужной форме, «вспоминало» Геноцид армян. Так, когда возникла опасность войны между Германией и СССР, армянам «напомнили» об угрозе армянских погромов. В номере 35 газеты «Правда» 1941г. «сообщалось»: «Армянский народ, как и все свободные и равноправные народы Советского Союза, воспринял нависшую над нашей страной смертельную опасность тем более глубоко, что он в своей многовековой истории не раз подвергался нападениям чужеземных насильников. Он знает, что такое резня, погромы, голод, насилия. Армянский народ не забыл физическое истребление армян, организованное предшественником кровавого Гитлера кайзером Вильгельмом в годы первой империалистической войны». Вот так, армянам было «поручено вспомнить», что их физическое уничтожение было спланировано кайзером Вильгельмом, но приказано «продолжать забывать», никоим образом не вспоминать «младотурок», «кемалистов» и «Турцию». Естественно, Вы, уважаемая Козлова Людмила Вячеславовна, также в их числе.

Вы, как и другие граждане СССР и пост советских стран, конечно же, не знаете, что в 1949 г. со всего советского Черноморского побережья (Украины, России, Грузии), Армении и Азербайджана были депортированы «навечно» в спецпоселения Сибири «дашнаки» и «бывшие турецкоподанные» - те же выжившие после Геноцида армяне и их родившиеся дети в СССР, а также так называемые репатрианты-беженцы со своей родины. Вот он – документ по осуществлению данного постановления Совета министров СССР (ГА РФ, Ф. 9401, Оп.2, Д.42, Л.101):

Учебники истории об этом не пишут до сих пор. А ведь эти люди, как «постановщики», так и исполнители, получали медали, наградные и тому подобные «возвеличивания» героизации за фактическое преступление, их памятники в виде разного рода монументов, бюстов, топонимики продолжают украшать нашу современную повседневность, напоминая недавнее «великое прошлое». Почему бы Вам не побеспокоиться о таком же искажении недавней истории, как о «случаях искажения истории Великой Отечественной войны в странах постсоветского пространства».Предлагаю Вам, уважаемая Козлова Людмила Вячеславовна, нет, не потрудиться съездить, а попросить из Томского архива дела спецпоселенцев от 1949г. «турок». Знаете, что Вы обнаружите? О, несомненно очень интересные детали. Например, то очень очень многие «турки» из Азербайджана, Грузии, Краснодара в спецпоселении Томской области, -Аракеляны, Оганяны, Варданяны, Акопяны, Алексаняны. Некоторые из них или их дети продолжают недоумевать, почему они - их родители в ссылке были «турками». Ну, там есть «турки»-лазы, «турки»-греки и пр. тоже, но в основном это армяне-беженцы от Геноцида, «бывшие турецкоподанные», попавшие в «заботливые руки» гуманных советских властей. И теперь новая история, так называя «репрессология», невольно распространяет новую ложь о количестве ссыльных «турок» и «армян», вынуждая их найти хоть какие-то мало-мальски логические объяснения этому, и не находит. Источник просто бессовестно врет.

Как же доверять официальной истории о той страшной войне, если у многих есть примеры искажений собственной истории, не пересмотренной и не переосмысленной до сих пор. Вас беспокоит, что «Стратегический союзник России Армения установила памятник в центре Еревана коллаборационисту, сотрудничавшему с Третьим рейхом, Гарегину Нжде. Ранее МИД России, комментируя установку этого памятника, заявил: «Непонятно, почему установлен указанный памятник». Также в российском внешнеполитическом ведомстве выразили надежду, что в основе официальной позиции Еревана все же будет лежать резолюция, принятая Генассамблеей ООН «Борьба с героизацией нацизма, неонацизма и другими видами практики, которые способствуют эскалации современных форм расизма, расовой дискриминации, ксенофобии и связанными с ними другими формами нетерпимости»».

Вы, к сожалению, доказательств не ищете, Вас удовлетворяет слово «коллаборационист». И, конечно, обходите стороной тему героизации советских подонков. В том числе по части Армении. Например тему памятника советскому выдающемуся… Анастасу Микояну. Как долго армянские власти хотят установить ему очередной памятник. Соучастнику многих злодеяний. Соучастнику расстрела новочеркасских рабочих, польских военных. По части «армянских взлетов» пока помолчу, о них много писалось и обсуждалось в армянской прессе. Но, уважаемая Козлова Людмила Вячеславовна, как Вы думаете, не способствует ли замалчивание этих «геройств» новой агрессии, новым геноцидам, новым репрессиям? Новым искажениям.

Вернемся к памятникам, ибо, видно, Вас сильно беспокоит не сама история, не факты, а именно тема памятников. Вы, конечно, не знаете, что совсем недавно по требованию современной Турции российские власти убрали памятник генерала царской России Андраника Озаняна в Сочи. Только потому, что он спас тысячи жизней беженцев–армян в Западной Армении и в тяжелых самооборонительных боях вместе с армянскими добровольцами спас и перевел некоторую часть обездоленных, раненых, искалеченных несчастных детей, женщин, стариков в российское Закавказье. Это было до революции и до братания Советской России с кемалистской Турцией. Это было в процессе Первой мировой, не менее страшной и жестокой войны, когда Россия воевала против Османской Империи.

Тогда Андраник в России был героем, в Турции – «бандитом». После большевистской революции он уехал из Армении, а в СССР его перекрестили «дашнакским подонком», «бандитом». Сколько спасенных людей прятали его пожелтевшую фотографию от зорких взоров чекистов, сколько в детских приютах или просто бездомных осиротевших детей молились за Андраника и продолжали ждать помощи от него. Но имя Андраника вслух произносить, о, равнялось преступлению, «конрреволюционизму», считалось «антисоветщиной». Почему? После развала СССР пока новые российские власти еще не определились в параметрах «героизации», благодарные потомки спасенных поставили ему памятник в селе Лазаревское недалеко от города Сочи. Затем «определившиеся» российские власти по требованию Турции убрали этот скромный памятник. Андраник Озанян - не политический деятель, он был военным и воевал на стороне России, в сущности, воевал, наверное, не за какую-либо идеологию, а за физическое спасение своих соотечественников.

СССР идеологизировал и политизировал его прошлое по меркам турецких властей. Теперь идет процесс пересмотра «героев» и «подонков» не по их деяниям, а по советским меркам. Как же постсоветским странам и народам вникнуть в новые реалии Российской Федерации? Как «стратегическому союзнику» России определиться в вариативных вкусах Российских властей? У нас же с Вами нередко не совпадают не только «мерки», но также понимание самой истории. Почему бы Вам, России, стратегическому партнеру Армении, твердо не определиться в вашем колеблющемся коллаборационизме с геноцидальной Турцией. В конце концов, армяне не единственные жертвы, есть греки, ассирийцы, езиды, дерсимцы. Сколько раз эта страна еще должна доказать свою преступную сущность?


Грануш ХАРАТЯН, к.и.н., Lragir.am


Поделитесь с друзьями:



Предыдущая новость: Следующая новость:
Месть истории - о «коллаборационизме» России и памятнике Нжде
Месть истории - о «коллаборационизме» России и памятнике Нжде
Месть истории, или что значит искажать историю в угоду текущему...
СМИ: курды призвали сирийскую армию направить подкрепления в Африн
СМИ: курды призвали сирийскую армию направить подкрепления в Африн
Сирийские войска должны взять на себя основную ответственность по...
Месть истории - о «коллаборационизме» России и памятнике Нжде
Месть истории - о «коллаборационизме» России и памятнике Нжде
Месть истории, или что значит искажать историю в угоду текущему...

Читайте также:


Армянские эскизы Ашота Джазояна
ФИЛЬМ
Руководитель "Нораванка" о прессе диаспоры и газете "Ноев Ковчег"
Воистину Земля круглая...
Видео музыкальное окно
Фоторепортажи
    Follow NovostiNK on Twitter Каталог Yerevan-city.com  
RSS