Церковь – это тело Господа, священники, паства, обеты, литургии и т.д. И Пашинян на нее замахнулся с нарушением не только Божьих законов, но и светских. Он объявил себя воцерковленным, но таковым не является.
Воцерковленные крещены, постоянно посещают литургию, каются и получают прощение у священника, облеченного этим правом. Причащаются или, выражаясь по-современному, получают коммуникацию с Господом, а решив жениться – проходят обряд венчания. Пашинян же литургиями пренебрегает, по крайней мере нет свидетельств, что он их посещал. Женился без венчания и гражданского брака, т.е. живет во грехе, и потому воцерковленным уж точно не является. Стало быть, лжет. Но даже если бы он не лгал и соблюдал все обеты, он не имеет ни гражданского, ни морального права требовать отставки кого-либо из иерархов Церкви, не говоря о Католикосе. И тут возникает вопрос: почему он свои беззакония начинает сейчас? С приходом к власти он атаковал Церковь по обычной схеме – некий расстрига с поддержкой склонных к бузе нехристей начинает атаку, имея в виду провозгласить себя Католикосом. Но затея провалилась, и теперь Пашинян снова атакует Церковь с привлечением не только расстриг, но и полиции как в гражданском, так и в форме. Надо полагать, что он получил четкий заказ.
Бенефициары атак Пашиняна на Церковь – это Турция, Азербайджан, Британия за ширмой и, как бы это странно ни звучало, Ватикан как конкурент православия, к которому причислена и Армянская Апостольская Церковь. 19–20 октября Пашинян находился в Ватикане, где участвовал в обряде канонизации архиепископа Игнатия Малояна, замученного во время Геноцида армян в 1915 году, того самого Геноцида, память о котором Пашинян тужится стереть. «Его жизнь напоминает нам о том, что даже в периоды страданий вера и мужество способны преодолеть трудности», – это Пашинян об Игнатии Малояне. Он встретился с Папой Римским, с госсекретарем Ватикана кардиналом Пьетро Паролином, в общественном доступе они сказали все нужные слова, после чего, вернувшись в Армению, Пашинян с неослабевающим энтузиазмом вновь накинулся на Церковь.
Расстрига Степан Асатрян провел в церкви Ованаванк литургию с помощью других раскольников, в том числе бывшего дьякона Агазаряна, который сравнил сожительницу Пашиняна Анну Акопян с Богоматерью. Что у него творится в голове – понять сложно. Богоматерь родила Иисуса, стало быть, заявление Агазаряна выдвигает в сан Господа ее сына Ашота, но никак не ее сожителя Никола Пашиняна, в этом сюжете – плотника Иосифа. Агазарян же, скорее всего, желал наделить небесными статями Никола. В общем, понять сложно, и, как всякая неразбериха, атаки Пашиняна вывели на авансцену людей с расстроенной психикой. Они облачаются в церковные одежды и гонят такую пургу, что становится абсолютно непонятно, где они такого набрались. Более всего, конечно, в своих сектах, но уж очень добавляют от себя. А главное здесь то, что Пашинян, надо полагать, получил в Ватикане скорее поощрение своих атак на Церковь, нежели их осуждение.
Интересы Турции в том, что может случиться так, что в результате наложения обстоятельств Турция будет вынуждена признать Геноцид и взять на себя устранение его последствий. Убитых не вернешь, но то, что им принадлежало, должно быть возвращено наследникам, чего Турция опасается. Это как минимум касается присвоенных капиталов армян, проживавших на территории Турции. И на часть этих капиталов, размещенных в банках, набежал колоссальный процент. Компенсация одних только этих активов означает серьезный удар по экономике Турции. Юридические владельцы активов – это наследники переживших Геноцид, разбросанные по армянским диаспорам планеты. А основа существования диаспор – была и есть Армянская Апостольская Церковь. Т.е. в дальнем прицеле не только центр нашей веры в Армении, но и ослабление и зарубежных армянских церквей. Чем они слабее – тем меньше вероятность, что члены диаспор заявят о своих правах.
Второй бенефициар – это Азербайджан. Кроме соображений удара по армянской идентичности, появились и другие, связанные с привычной фальсификацией истории. Азербайджан провозгласил себя наследником Сефевидов – тюркоязычной шахской династии, правившей Ираном с 1502-го по 1722-й. Этническое происхождение династии мутное, по одной из версий, они были курдами, что сближает их с Алиевым, имеющим курдское происхождение. Во времена Сефевидов Иран включал в себя Южный Кавказ, часть Северного, пространства Центральной Азии до Афганистана, часть Сирии и Ирака. Этот тезис о правонаследии на империю Сефевидов Азербайджану удалось протащить в образовательные программы и учебники. Почему права на наследование выдвигает Азербайджан, а не Иран? Видимо, алиевскому Азербайджану с его 9-миллионным населением (цифра вызывает сомнения, некоторые эксперты дают не более семи) нужно мотивировать его на восстановление «исторической справедливости». Т.е на захват пространств империи Сефевидов, как минимум Иранского Азербайджана. Аппетиты простираются на тюркоязычные народы России и Иранский Азербайджан. Если сюда добавить еще и население Азербайджанской Республики (АР), то наберется минимум 50 миллионов – серьезная сила, если ее удастся объединить и мотивировать. Что уже делается в рамках проекта Организации турецких государств с единой армией. Объединение на основе ненависти уже сработало на Украине, там создан народ, который воюет с Россией, несмотря на этническую и прочие общности.
Перед научными, культурными и прочими элитами Азербайджана поставлена простая задача – обосновать претензии на правонаследие империи Сефевидов документами, лучше всего – покрытыми архивной пылью. И с 2011-го вовлеченные в этот проект азербайджанские ученые допущены в секретные архивы Ватикана. Поскольку Республики Азербайджан ни в каком виде тогда не существовало, внимание обращено на отношения Ватикана и государства Сефевидов. Извлечено около 40 документов объемом свыше 1000 страниц, которые призваны доказать, что нынешняя азербайджанская власть и есть правонаследница Сефевидов. Правда, есть небольшие сложности, которые, надо полагать, будут преодолены. Столицами Сефевидского Ирана являлись Тебриз и Исфаган, и никогда – Баку. И вообще, нет никаких культурных следов АР в переписке Ватикана с Сефевидами, тем не менее азербайджанская научная мысль теперь пытается доказать, что восстановление империи Сефевидов – это дело чести как нынешних азербайджанцев в АР, так и иранских азербайджанцев. Армении при этом быть не должно – не может быть границ внутри единой империи.
Проект в общем-то фантастический, но на пути его реализации делаются вполне реальные шаги. Взаимоотношения Ватикана и Азербайджана, в частности, набирают обороты. Вице-президент Мехрибан Алиева периодически встречается с Папой Римским, финансируя благотворительные программы из Фонда Гейдара Алиева. В 2016-м Папа проявил взаимность и тоже посетил Азербайджан. А Папу в свою очередь посетил предводитель мусульман Азербайджана Аллахшукюр Паша-заде. В Баку открываются католические церкви, и эти теплеющие отношения, как кажется Ватикану, расширяют ареал его влияния на мир. Кроме того, ареал влияния Ватикана расширен и из-за потеплевших отношений с Британией в частности и с англосаксами вообще.
Пашинян хотел разрушить Церковь изнутри, но из нескольких сот священников только трое вняли его призывам и перешли в категорию расстриг. Была надежда, что литургия в Ованаванке соберет десятки тысяч, но вместо этого удалось собрать несколько сот, это вместе с переодетыми полицейскими. Даже правительственные чиновники и законодатели, несмотря на полученные приказы, избежали присутствия на раскольнической литургии. Видимо, страх гнева Божьего превалирует над страхом перед Пашиняном. Пример Муссолини, который во время одного из своих выступлений заявил, что Бога нет, а если есть – то пусть он его накажет за дерзость, для них не показателен. Бог его не наказал во время выступления, но потом Муссолини был расстрелян и повешен. Видимо, рисковать не хочется.
Выборы в Вагаршапате, на территории которого находится кафедральный собор, особенно важны для власти. Два оппозиционных лидера общин – гюмрийской (второго города Армении) и паракарской – уже поплатились за свою оппозиционность. Первого арестовали, второй расстрелян киллером. Так что схватка за власть имеет очень жесткий характер, что проявилось и в Вагаршапате. Правящая партия «Гражданский договор» (ГД) здесь победила и может единолично сформировать власть, имея 19 мандатов из 33, но какой ценой? Кроме того, что оппозиционеры подвергались репрессиям, а один оппозиционный блогер вообще был похищен неизвестными людьми, были раздуты электоральные списки. Как в американских выборах, так и здесь были привлечены голоса с того света. Одна из голосующих обнаружила, что ее скончавшийся муж и двое сыновей, находящихся в России, проголосовали до ее прихода. Понятно, что за власть. Поскольку за списки ответственно МВД, то вина за их составление в таком виде является нарушением избирательной процедуры, точнее – фальсификацией. Выборные списки требуют суровой ревизии, поскольку они раздуты за счет как умерших, так и отсутствующих. Были отключения электричества на участках за 2 часа до окончания выборов, что, впрочем, для власти стало традицией – в темноте проще накидывать левые бюллетени в урны.
Замечу, что Аргишти Мехакян от ГД свою принадлежность к партии никак не выпячивал. На предвыборных плакатах название партии было написано мелкими буквами, чтобы оно не бросалось в глаза. Т.е. власть осознает свою непопулярность, что делает ее еще более опасной. Если бы она была уверена в своей победе, то не шла бы на репрессии для ее обеспечения. Теперь о результатах. Власть была представлена тремя партиями – «ГД», «Республика» и «Свободные демократы», остальные голоса принадлежали оппозиции, но часть из них была растащена мелкими партиями. Это колоссальная ошибка оппозиции, не умеющей играть единой командой. При отсутствии большого выбора голоса скопились бы в активе самого крупного блока оппозиционных партий «Победа», и при командной игре даже при административном и прочих давлениях она сумела бы набрать существенно больше голосов. А теперь власть реагирует с опережением – через два дня после выборов правоохранение провело обыски в домах членов партии «Победа». Есть задержания и аресты. Это за 19 мандатов. Власть опасается оппозиции, даже когда она в меньшинстве.
В странах типа нашей голосуют не за программы, а за личность, при этом личность должна быть мотивирована на победу. У Пашиняна эта мотивация есть, потому что в случае поражения он теряет все, в том числе и свободу. И если в выборах будущего года у оппозиционного лидера не будет жесткой установки победить, то поражение становится очень вероятным, несмотря на программные преимущества.
И тем не менее в условиях жесткого давления оппозиция сумела набрать больший процент голосов, чем на двух последних республиканских выборах. Это не победа, но при учете допущенных ошибок – заявка на то, что она в состоянии в дальнейшем побеждать. Тем не менее победа ГД на местных выборах в общине, где находится кафедрал, не означает, что атаки на Церковь будут продолжены. Как показывают литургии с расстригами, даже ближайшее окружение Пашиняна стремится избежать его безбожных авантюр.
Айк Нагапетян, политолог, военный эксперт, полковник запаса, Ереван
